Семь подряд

Легендарный «Железный Майк» поломал немало хоккейных судеб и как тренер был ненавидим, бесспорно, многими игроками. Однако история знает нескольких энхаэловцев, которые не просто не гнушались пахать под руководством Кинэна, но и переходили вслед за ним из клуба в клуб. В частности, Питер Зезел, Игорь Кравчук, Грег Жильбер и Майк Хадсон защищали цвета 3 разных команд, возглавляемых этим наставником, а Брайан Нунэн и Стефан Матто – и вовсе 4 команд. Более того, Кравчук в 2017 году оказался под крылом упомянутого узурпатора уже на тренерском поприще Континентальной хоккейной лиги – в «Куньлунь Ред Стар» из Пекина, где был назначен помощником Майка. Читать далее «Семь подряд»

«Тэсс из рода д’Эрбервиллей» Томаса Гарди

Роман Томаса Гарди запомнится в большей степени описанием окружающей обстановки, в которой пребывают персонажи. Всякий раз читатель чётко понимает, где и как всё происходит, и это не может не нравиться. И хотя словесной воды местами многовато, произведение почти не утомляет. Если, конечно, не браться осилить его целиком за один присест. Для этого «Тэсс из рода д’Эрбервиллей» тяжела не столько объёмом написанного, сколько мрачностью сюжета, экзистенциальными нотками, неоправданными попытками героини стоически справиться с непосильной для неё ношей. Читать далее ««Тэсс из рода д’Эрбервиллей» Томаса Гарди»

«Корова»: и так каждый день

Сукин сын в прямом смысле слова не обязательно является им в переносном значении. Адам – главный герой фильма Карела Кахини, в чьё киношное творчество я всё больше и больше влюбляюсь, – живёт изгоем в небольшой чешской деревушке и среди местного населения считается блаженным. Всему виной его безнадёжно больная мать, о которой уже много лет ходит дурная слава: сама гуляла направо и налево, а сына толком не воспитывала. Несмотря на это парень вырос работящим, хоть и замкнутым. И на здоровье матери крест не поставил, продав ради неё даже единственную корову-кормилицу. Увы, напрасно: вмиг не стало ни животины, ни родительницы. Читать далее ««Корова»: и так каждый день»

«Репортёр» Юлиана Семёнова

Популярный в советское время детективный роман вынес мне мозг. В хорошем смысле слова. Во-первых, довелось узнать много нового из истории СССР, а заодно переосмыслить ранее известное. Во-вторых, сама книга настолько композиционно и сюжетно запутана, что даже после её прочтения от корки до корки остаются вопросы. Ко всему прочему, жанр журналистского расследования для меня не пустой звук. И об опасности этой профессии я не просто наслышан, а на своей шкуре успел кое-что испытать и кое в чём убедиться, пускай и не во многом. Читать далее ««Репортёр» Юлиана Семёнова»

«Голем» Исаака Башевиса Зингера

Рассказ американского писателя еврейского происхождения, лауреата Нобелевской премии по литературе за 1978 год, можно отнести к категории легенд – с соответствующими зачином и развязкой. Под стать этому и перевод Инны Бернштейн: лёгкий и незамысловатый, позволяющий полностью сконцентрироваться на содержании и не обращать внимания на форму, близкую к посредственной. Читать далее ««Голем» Исаака Башевиса Зингера»

«Дом у дороги»: маленькие радости большой семьи

Давненько не доводилось видеть в кино столько неподдельных эмоций на лицах детей. Этим-то мне, в первую очередь, и запомнится необычный фильм Алексея Жирякова продолжительностью 57 минут. Необычный – потому что донельзя жизненный и гротескный одновременно. В «Доме у дороги» режиссёр показал невымышленную многодетную семью Киселёвых, живущую (это уже, вероятно, сценарный ход, но утверждать не возьмусь) в антисанитарных, почти бичёвских условиях – на грани отвращения. Читать далее ««Дом у дороги»: маленькие радости большой семьи»

«Джесси и Моргиана» Александра Грина

Один из немногочисленных романов автора, ставший ещё и предпоследним в его творческой биографии. Предпоследним, оговорюсь, из опубликованных. Как следствие, налицо отточенность языка и выверенность образов. Александр Грин посвятил эту книгу, как и ряд других, включая «Алые паруса», своей супруге. Сюжет романа кишит наваждениями и, местами, даже откровенным бредом. Грину в те годы были свойственны мистические идеи, а сама жизнь писателя не имела ничего общего со сказкой. Отсюда, вероятно, некоторая обречённость с редкими проблесками надежды на лучшее. Читать далее ««Джесси и Моргиана» Александра Грина»

«Джанго освобождённый»: исключительный ниггер

Типичное для Квентина Тарантино кинцо с массой разборок и жестоких убийств, с элементами вестерна, обильно приправленное чёрным юмором и не способное оставить равнодушным ни одного зрителя. Хотя эмоции, ясное дело, у всех разные будут. Отношение к персонажам – тоже. В том числе и к их отдельно взятым поступкам. Начиная от самого Джанго, сыгранного Джейми Фоксом, и заканчивая менее значимыми фигурами, умудряющимися сочетать в себе, к примеру, генетическую покорность и внезапную дерзость, пугающий идиотизм и лихую смекалку, способными как на неподкупную верность, так и на жестокое предательство. Читать далее ««Джанго освобождённый»: исключительный ниггер»

«Леди Годива»: веское слово мудрой женщины

Частенько приходится слышать о том, что все беды и войны – из-за женщин. Но они же способны и прекратить любую заварушку, в том числе устроенную лично. Как леди Годива из Ковентри – девушка из народа, ставшая женой саксонского лорда Леофрика и, в дальнейшем, причиной жестокого противостояния между англосаксами и норманнскими французами. Однако если бы не прозорливый муж, верой и правдой служивший королю и прикинувшийся этаким Иванушкой-дурачком, то власть в Англии в XI веке вполне могла бы перейти к врагу. Читать далее ««Леди Годива»: веское слово мудрой женщины»

«Взываю к любви вашей»: наперекор гражданству и пневмонии

Любви, как известно, все возрасты покорны. И национальности – тоже. Сходить с ума друг по другу могут даже представители двух враждующих государств. От этого, пожалуй, страсти и экстрима только больше. А родители, пытающиеся наставить дерзких детишек на путь истинный, лишь раззадоривают молодёжь. Запретный плод хоть и не всегда сладок, зато манящ. Запретный плод, поражающий своей красотой, притягателен втройне. Правда, отважиться на столь непростой шаг способен только бунтарь, которого не устраивает текущее положение дел. Читать далее ««Взываю к любви вашей»: наперекор гражданству и пневмонии»