Алексей Бураков: «Молодёжная труппа отлично подходит для старта карьеры»

театр

В первой половине 2014 года на съёмках красноярского мини-сериала «Трайбл-мама» жизнь свела меня, актёра-дебютанта, с опытным коллегой по цеху Алексеем Бураковым. Спустя десятилетие у нас возник соответствующий повод пообщаться – теперь уже на расстоянии, потому как родные для меня места находятся далековато. Алексей и сам неоднократно порывался махнуть в одну из столиц, чтоб быть ближе к нескончаемой творческой круговерти, однако его мечты пока не воплотились в жизнь, ограничиваясь редкими командировками. Выпускник Красноярского колледжа искусств начинал с театральных подмостков в конце 1990-х и постепенно переключился на киносферу, хотя играть в спектаклях не перестал, ещё и в режиссуре себя пробует. Об этом и многом другом – в нашем с ним интервью.

– Алексей, первые актёрские шаги ты делал в Железногорске, после чего перебрался в Красноярск. Когда и как почувствовал, что пора переквалифицироваться из театральных актёров в режиссёры?
– Родился я в упомянутом закрытом городе. Уже по окончании учёбы в Красноярске меня пригласили в Железногорский театр оперетты. На родине прослужил пять лет, после чего решил перебраться в краевой центр. Там шёл набор артистов в Театр юного зрителя, и меня взяли. Впоследствии я посвятил ТЮЗу одиннадцать лет. Попробовать себя в качестве режиссёра решил ради самовыражения. Начал с того, что поставил на базе красноярского Дома актёра спектакль по пьесе Алексея Щеглова «Корпоратив» – с глубоким смыслом, об отношениях мужчин и женщин. При этом актёрскую карьеру не прекращал, ещё не наигрался, так скажем. И самого себя считаю больше актёром, чем режиссёром. К тому же режиссёрского образования у меня нет. В настоящий момент являюсь свободным художником. Продвигаю своё творческое объединение «ДОМТЕАТР», ставлю новые спектакли, сам же их продюсирую и играю некоторые роли.

– Не возникало мыслей после премьеры «Корпоратива», дескать, всё-таки зря за режиссуру взялся?
– Проект получился неплохим с коммерческой точки зрения. Хотя я ставил его исключительно потому, что мне как актёру чего-то не хватало, и я получил это в постановке, которую создал сам. Есть такая тенденция в государственных театрах, что артисты не знают, когда и в чём получат роль, какой она окажется. Бывает, тебе дают роль, ты стараешься выразиться в ней, но всё равно хочешь чего-то большего, жаждешь сказать что-то своё, о чём у тебя душа болит, например. Вот так я и пришёл к тому, чтобы начать самостоятельно что-то делать в своей творческой жизни.

– Расскажи немного о ближайших режиссёрских планах. Ставишь что-нибудь новенькое?
– Сейчас плотно сотрудничаю с уже упомянутым московским драматургом Алексеем Щегловым. Взял его новую пьесу «Развод мистера Бартона» – это комедия положений, причём хорошо написанная. Как раз такое я и искал, причём уже давненько. Формат антрепризный, коммерческий, который должен неплохо продаваться. Ставить такие пьесы интересно. Комедийное в них переплетается с драматическим, можно и музыкальные номера добавить. Параллельно, кстати, получил роль в телесериале «Ронин. Таёжный почтальон», который снимут в Красноярском крае. Мой персонаж, как это часто бывает, с криминальным уклоном, появится в шестой и седьмой сериях проекта. Играть буду главу своеобразной секты биохимиков, которые создают сомнительные препараты и проверяют их на людях. А главному герою сериала предстоит раскрыть это преступление и передать меня правоохранительным органам. Но в глобальном масштабе мне, конечно, хочется сниматься в каких-то больших проектах. Это моя сверхзадача. Причём предпочтительнее именно кино. Оно мне ближе, чем театр. Я даже в театральный институт поступал, будучи вдохновлённый мечтами о киноиндустрии. В детстве обожал ходить в кинотеатр, смотреть фильмы с Делоном, Бельмондо, обожал «Неуловимых мстителей», «Гостей из будущего», «Отроков во вселенной» и многое другое. Всё это производило на меня сильное впечатление. И по сей день стремлюсь к большим ролям, к профессии не охладел.

– В кино ты снимался не только в Красноярском крае. Какие роли в столичных проектах особо запомнились?
– Выделю сериал «Лесник». У меня там был небольшой эпизод. Зато мне посчастливилось поработать с Алексеем Булдаковым – известнейшим киноактёром, который нас уже покинул, к сожалению. Работа с признанным мастером запомнилась мне особенно. Целый день мы тогда вместе провели, успели пообщаться. Заодно я услышал знаменитые анекдоты Алексея Ивановича, посмеялся вместе со всеми. Есть что вспомнить. Сцену со мной снимали на вокзале. Была и погоня, и прочий экшен. Я играл карточного шулера, пытавшегося обмануть одного из персонажей. Алексей Иванович, в свою очередь, был человеком, который выводит всю эту мутную братию на чистую воду. По-своему мне запомнился и мини-сериал «Третий поединок», который для телеканала «Россия» снял режиссёр Вячеслав Воробьёв. Я там играл тренера по имени Демьян. Получился очень хороший молодёжный проект – про бойцов ММА. Показаны два клуба. Один из них был, скажем так, не очень хорошим и пытался любыми способами завоевать престиж. Его бойцы дрались грязно, а я как тренер противился этому. В отличие от хозяина клуба (его сыграл Игорь Жижикин), всячески продвигавшего неспортивный подход к соревнованиям. Конфликты привели к тому, что Демьян ближе к концовке поменялся и стал почти положительным героем, но всё-таки не совсем. Во время съёмочного процесса, который длился для меня далеко не один день, я вдоволь пообщался с Игорем Жижикиным, с интересом послушал его рассказ о съёмках в фильме «Индиана Джонс» и, таким образом, через одно рукопожатие познакомился с Харрисоном Фордом (смеётся). Кроме того, упомяну свою роль в сериале «ОСА», где снимался с Алексеем Гришиным – артистом из МХАТа, почерпнув у него хороший опыт.

– Из всего сказанного понятно, что тебе недостаёт большого кинематографа. Для актёра проблематично жить вдали от столичных кругов, где снимают львиную долю фильмов и сериалов. Как решаешь проблему? И проблема ли это?
– Это уже не проблема, а стереотип, который постепенно стирается. Хотя агенты, конечно, активнее работают с теми актёрами, которые живут поближе к столице. А вот продюсеры и режиссёры не смотрят на расстояние. Для них важнее типаж. И если ты попадаешь в роль, то расстояние, мне кажется, никакого значения не имеет. Лететь из того же Красноярска до Москвы недолго. Сейчас даже читки в Интернете устраивают, и никто лишний раз не встречается вживую. Утверждают на роли опять же через видеопробы. Меня в «Третий поединок», к слову, так и утвердили: прислали сцену для пробы, я её записал, отправил продюсеру, тот – режиссёру, и всё. Сейчас многое стало проще и быстрее. Проблема если и есть, то только в том, чтобы на тебя обратили внимание. Это уже цепочка нескольких событий. Особенно при создании фильмов, где тебя никто в съёмочной группе не знает лично.

– Как оцениваешь нынешнее положение дел в красноярских театральных кругах? Что выделишь из прогрессивного, модернового, а что, наоборот, давно отстало от жизни? Речь об актёрской игре, режиссёрских ходах, выборе репертуара, финансировании и т. д.
– О текущем положении дел я знаю лишь поверхностно, по чужим разговорам. Потому что всё больше отношу себя к кино. Но если говорить об ощущениях, то театр в Красноярске развивается неплохими темпами. Финансирование очень хорошее. Драмтеатр Пушкина отремонтировали, построили сцену «Пушка+», где спектакли проходят в новом формате, когда зрители сидят кругом. В частности, по фотографиям в Сети я вижу, что такую сцену можно отнести к какому-то новому течению, позволяющему ставить спектакли-эскизы и в дальнейшем переносить их на большую сцену. Родной мне ТЮЗ тоже ушёл в ремонт. На Красноярск начали обращать внимание и столичные режиссёры. В том же ТЮЗе поставили «Евгения Онегина» – в интересном формате. Если говорить о Доме актёра, где я чаще всего бываю, то там постоянно ставят новые вещи, нет особых проблем с финансированием. Поэтому всё очень даже неплохо в красноярских театрах. А новаторство – оно всегда было. Ведь без него развитие встанет.

– Твой сын с недавних пор служит в Минусинском драматическом театре. Известному в региональных актёрских кругах отцу довелось поприсутствовать хотя бы на парочке постановок с участием Ильи?
– Он сыграл уже две главные роли за два театральных сезона. Режиссёр театра Алексей Алексеевич Песегов доверяет молодым и даёт им играть. Самому мне довелось увидеть спектакль «Лиловый сад» – по письмам писателя Алексея Черкасова, жившего в нашем крае. Его-то как раз и сыграл Илья. Постановка тяжеловатая, потому что действие в ней происходит в психиатрической больнице, с которой связана глава из жизни Алексея Черкасова. Как политический заключённый он шёл по этапу, переведён из тюрьмы в Красноярск и помещён в клинику. Его будущая жена работала в какой-то военной службе, которая тайно перечитывала все письма из-под пера политзаключённых. Женщина прочла письмо Черкасова к матери, и оно оказалось настолько трогательным, что захотелось вызволить столь чувственного человека из клиники. Черкасова всё-таки выпустили. Правда, не без помощи влиятельных людей, веривших в его писательский талант. Мой сын очень достойно сыграл. Волновался, конечно. Однако я всячески ему помогал. Плотно с ним работал и режиссёр Алексей Песегов. Кроме того, Илья даже с родственниками Алексея Черкасова встречался и общался. Поэтому роль хоть и тяжёлая, на грани, местами на разрыв почти, но явно удалась. Спектакль привозили в Красноярск, и реакция зрителей была очень хорошей. Отмечу, что буквально в мае в Минусинском драматическом театре состоялась премьера «Пастуха и пастушки» – по произведению Виктора Астафьева. Илья там тоже главную роль сыграл. Я пока не видел. Тем не менее отклики в Интернете положительные. Иными словами, сыну пока фартит в профессии. И я надеюсь, что так будет и дальше. В Минусинске, кстати, отремонтировали старую сцену. Ещё и новую сделали. Так что теперь там две масштабные сцены.

– Минусинск – подходящее место для старта актёрской карьеры коренного красноярца? Что можешь сказать о том театре? И как тебе сам город?
– Сын однозначно угадал с выбором театра под руководством Алексея Алексеевича Песегова. Илью туда рекомендовали влиятельные режиссёры, с которыми я лично знаком. Там театр с очень хорошей историей. Небольшая молодёжная труппа – это всегда хорошо для старта карьеры, ведь тебя стопроцентно будут занимать в новых постановках, чего можно не дождаться в больших театрах. К тому же Алексей Песегов – отличный руководитель, который давно возглавляет Минусинский драмтеатр и развивает его, двигаясь в правильном направлении и вытягивая из молодых артистов максимум. Что касается самого города, то мне он тоже нравится. Маленький, тихий, ухоженный, зелёный. Рядом есть леса, небольшие озёра, в которых можно купаться. Десять минут от города, и ты уже на природе. Тепло там наступает быстрее, чем в Красноярске. Минусинск вообще очень выгодно расположен. Недалеко от него Абакан – столица Хакасии, куда можно съездить и отдохнуть, и полечиться. Сам Илья уверяет, что в Минусинске всё есть, ходит там в спортзал, в бассейн. И зарплата у него очень достойная для маленького города.

Алексей Бураков: «Молодёжная труппа отлично подходит для старта карьеры»– Когда я работал в дивногорском Доме детского творчества и руководил творческой студией «Дивное кино», ты приезжал в гости к моим юным ученикам. И вроде бы все остались довольны той встречей и мастер-классом. Ты сам себя ещё не ловил на мысли – тоже стать педагогом, набрать группу заинтересованных и обучать их азам?
– Пока таких мыслей у меня не возникало. Стараюсь отгонять их от себя. Педагогика – дело очень серьёзное! Сейчас вообще много вебинаров, курсов, различных театральных кружков. Но я считаю, что все они нужны только для того, чтобы начать любить профессию. К сожалению, есть такая практика, когда люди, посетив какие-то курсы и получив бумажку об их окончании, сразу считают себя актёрами и идут в профессию. Просто почитав книжки и кого-то послушав! Не углубившись в процесс, в практику и не поняв творческую этику! Это неправильно! Учиться нужно минимум четыре-пять лет, причём у признанного мастера, в театральном училище или вузе, а параллельно стажироваться в профессиональных театрах. Что касается начальных курсов, то их надо ещё суметь преподать так, чтоб у человека не возникал соблазн сразу идти в профессию, а хотелось продолжать развиваться, учиться, поступить в вуз и стать настоящим актёром! Хороший театральный педагог, на мой взгляд, тот, кто имеет педагогическое образование и невероятный творческий – актёрский или режиссёрский – багаж, который можно и хочется передавать другим. А таких людей немного. Считаю, что лично у меня пока нет соответствующего творческого состояния и опыта, дескать, я уже многого добился в кино, в театре и буквально переполнен знаниями. Поэтому и передавать особо нечего, наверное. Считаю себя актёром и хочу ещё что-нибудь сыграть в этой жизни для себя и для зрителя. Но полностью исключать того, что в будущем меня посетят мысли о педагогике, не стану. Всякое может быть.

– Напоследок назови три лучших спектакля из числа тех, что лицезрел в минувшие лет пять. Чем они тебе запомнились?
– Не так давно мне посчастливилось съездить в Москву и посмотреть несколько «золотомасочных» шедевров. Очень понравился и запомнился «Идиот» на сцене Театра Наций. Князя Мышкина – весьма необычный ход – играла Ингеборга Дапкунайте. Она делала какие-то просто невероятные вещи и поразила меня своим мастерством. Это был настолько мощный мим-спектакль, что в нём было понятно абсолютно всё, несмотря на отсутствие у актёров текста, а также несмотря на то, что сам я упомянутое произведение, признаюсь, не читал. Мне довелось поработать в мим-театре. И с уверенностью говорю, что это очень сложно. Ещё выделю драму «Иванов». Её тоже в Театре Наций поставили. Там играли Евгений Миронов, Елизавета Боярская, Чулпан Хаматова. Миронова я впервые увидел на сцене (прежде – только в кино). Он поразил меня своей мощнейшей органикой, которая забивает весь зал, а также умением внятно, чётко и характерно преподнести персонажа, чьё мировоззрение в итоге меняется. Для меня это было творческим открытием. Я как актёр прилично тогда пополнил свой багаж. А из того, что поставлено в родном для меня регионе, выделю ранее упомянутый «Лиловый сад» Минусинского драмтеатра и спектакль красноярского ТЮЗа «Алиsа». Последний из них, правда, уже давно идёт, но сам я увидел его года три назад. Алиса там летает, к ней прицепляют тросы, причём всё с необычным светом, интересными режиссёрскими находками. Однако это больше шоу-формат вперемежку с голливудскими канонами, что, впрочем, имеет место быть в театре.

Степан РАТНИКОВ,
лауреат премии в области литературной и театральной критики «Я в мире боец» имени Виссариона Белинского за 2023 год.

Оцените статью
Комментировать