«Весь мир спит»: завтра снова будет сегодня

кино

«Сосед спросил, не хочу ли я попробовать кое-что». С таких слов начинались и, к большому сожалению, будут начинаться тысячи историй про кошмарную зависимость, сжирающую людей изнутри, превращающую их в бесхарактерных существ. Всё равно что милых плюшевых медвежат – в потрёпанных страшилищ с болтающимся глазом-пуговицей. Об этом не лишний раз напоминает созданная в 2021 году социальная драма «Весь мир спит», ещё не успевшая получить хоть какую-то известность за пределами Штатов.

Любить собственного ребёнка больше жизни, но потерять его из-за грёбаных наркотиков – разве не сумасшествие? Впрочем, американский фильм не столько о том, что «торчки сами во всём виноваты», сколько о первопричинах пагубного пристрастия. Он об условной яблоне, от которой яблочки не так уж и далеко падают, а также о почве, в которой деревце вынуждено было расти, и обо всём, что её подпитывало.
Режиссёр кинокартины Райан Ласен, выступивший ещё и в качестве сценариста, не забыл о промежуточной стадии убийственного процесса – той, что между первой дозой и необратимыми последствиями. Ведь едва ли не каждый начинающий убеждён в том, что сможет завязать в любой момент. Но это лишь надуманное утешение для безвольных. «Мы же чёртовы бунтари! И мы всё уладим. Просто не сегодня», – уверяет главную героиню её «подруга». Да только завтра снова будет сегодня. И опять найдутся нелепые отговорки.
Мексиканка Мелисса Баррера, сыгравшая Чаму, как бы над ней ни колдовали гримёры, на наркоманку совсем не похожа. В этом смысле главная героиня заметно выделяется на фоне других обитательниц специализированной лечебницы, не говоря уже об уличной сумасшедшей. Зато ломки и отчаяние актриса изобразила убедительно, тем самым страша зрителя или как минимум вынуждая его корчить болезненные гримасы. Глядя на мучения Чамы, вряд ли кто из пока ещё чистых, но легко убеждаемых людей захочет попробовать запретный плод.
Обращает на себя внимание и цветовая составляющая фильма. «Весь мир спит» снят в мрачных, тёмных тонах – при минимуме света и надежды, зато при максимуме грязи, замкнутого пространства и безвыходности. В концовке же персонажи оказываются среди белых песков, попадая в так называемое место силы. И сомнения в том, что в итоге всё наладится, моментально отпадают. Даже пресловутое чёрное перо, появляющееся в финальной сцене, следует расценивать не как символ предстоящего срыва и напрасных ожиданий, а как своевременное напоминание обо всём, что уже было, дабы исключить вероятные рецидивы.

Степан РАТНИКОВ.

Оцените статью
Комментировать