«Мутный» Александра Романова

литература

При прочтении духовной повести Александра Романова неоднократно задаёшься вопросом: кто всё-таки более мутный – чрезмерно аскетичный и не выставляющий напоказ личную жизнь отец Михаил, получивший столь неприятное прозвище от своих семинаристов, которые не могут дождаться от него завышенных отметок, или же сам рассказчик, не желающий продолжать семейную династию священнослужителей, но при этом тянущий резину, не говорящий всё начистоту и из-за собственной трусоватости портящий почти идеальные доселе отношения с родителями? Ближе к финалу понимаешь, что произведение можно было наречь и несколько иначе: «Мутные». По-другому полчище лебезящих, фальшивых, хитрых персонажей, обманывающих как себя, так и окружающих, назвать сложно.

В этом смысле отец Михаил и главный герой повести отличаются от остальных своим принципиальным нежеланием проживать чужую жизнь. Такие люди, не ориентирующиеся на мнение большинства, но на выгоде не зацикленные и никому не вредящие, становятся редкими экземплярами в современном обществе, где прогнило всё – вплоть до религиозной сферы. И повесть тульского прозаика вполне сравнима с калькой, через которую читатель может пропустить самого себя, устроив мысленную проверку на степень мутности. Заодно, по примеру рассказчика и его родителей, покаяться и попросить прощения у тех, кто этого заслуживает. Если, конечно, калька сработает.
На фоне оригинального и донельзя значимого содержания форма произведения выглядит если не хромой, то явно прихрамывающей. Какими-либо синтаксическими и риторическими изысками Александр Романов не утруждает ни себя, ни читателя. Дружба с религиозным словарём – сильная черта автора. Однако же, убери соответствующую лексику, и текст станет весьма примитивным.
А ещё в повести «Мутный» не хватает ярких портретов и чётко подмеченных деталей. Вспоминается разве что описание отца Михаила («Денег ему всё равно не хватало. Это было очень заметно: старый заношенный подрясник, в нём он ходил всегда и на улице, и в семинарии, видавшие виды ботинки, которые, по-моему, он носил всесезонно. С наступлением холодов к этому набору добавлялась потерявшая от времени лоск и цвет куртка. Внешний вид его был ничем не примечателен: небольшой рост, щуплая фигура, сгорбленная спина и неизменная шаркающая походка») и деревни с мутными лужами, в которой священник по собственной воле – и вместе с тем вынужденно – обитает, героически неся тяжелейший крест.
Сложилось ощущение, что автор торопился закончить своё произведение и с каждым новым абзацем всё меньше внимания уделял форме и её стройности, зациклившись на содержании и его наполнении. В итоге был создан настоящий кладезь мудрости, причём исходящей от достаточно молодого писателя. Но провести генеральную уборку в тексте, расставив там всё по нужным местам и полочкам, не помешало бы. Благо сделать это никогда не поздно, покуда сам автор здравствует и продолжает многогранную работу над собой, попутно помогая очищать заблудшие читательские души. А чересчур уж мутные, давно разучившиеся читать, – тема для отдельного разговора.

Степан РАТНИКОВ.

Оцените статью
Комментировать