Земский учитель: победитель не получает ничего…

личное

О федеральной программе «Земский учитель» впервые довелось узнать из «Учительской газеты». В 2020 году, работая в дивногорском Доме детского творчества и заняв первое место во всероссийском профильном конкурсе, я выиграл бесплатную подписку на печатное издание. Не мог и подумать, что сам когда-нибудь стану участником упомянутой программы. Однако мой переезд в Кириши в 2021-м обернулся фиаско и, как следствие, мыслями об очередной смене ПМЖ. Знакомые педагоги, увидев мои посты в соцсетях на эту тему, предложили подать заявку на «Земского учителя», уверяя, будто бы шансы у меня неплохие и сам я точно придусь ко двору, несмотря на то что в школах никогда прежде не работал. Дескать, достаточно иметь профильное образование, быть моложе 55 лет и жить как минимум за 200 км от выбранного места для предстоящего переезда, а в остальном уже степень заслуг решит, кого предпочтёт комиссия – тебя или конкурентов. Как обычно: другие верят в Стёпу больше, чем он сам. Что ж, я сдался и… подал заявку.

Заявляться можно было даже в несколько десятков российских школ, а там уже куда в итоге пройдёшь, если вообще повезёт. Сразу отмечу: в программу «Земский учитель» попадают сельские (включая города с численностью населения до 50 тысяч жителей) общеобразовательные учреждения, где более года наблюдается нехватка педагогов по тем или иным предметам. Победители проекта, с которыми подписывают договоры на пять лет, получают подъёмные в размере 1 млн рублей (в ряде регионов – по 2 млн).
Деньги деньгами, но меня интересовало само место проживания, а также взаимный интерес – мой к работе и работодателя ко мне лично. Изучив банк вакансий, всерьёз заинтересовался городом Кимры в Тверской области: интересная архитектура, свой театр, красавица Волга и, что особенно ценно, менее трёх часов езды на электричке до Москвы. Пересмотрев множество видеороликов в Интернете, убедился в том, что город мне подходит. Подавать заявки ещё куда-либо счёл излишним. Так сказать, либо Кимры, либо уже ничего. Правда, из всех городских школ, нуждавшихся в учителе русского языка и литературы, почему-то необходимо было выбрать только одну. То есть по всей стране хоть сотню заявок подавай, а вот в Кимрах будь любезен остановиться на чём-то одном. Соответственно, пришлось тыкать пальцем в небо.
Чтобы окончательно удостовериться в правильно выбора, уговорил лучшего друга съездить со мной в город на границе Тверской и Московской областей, погулять по местным улочкам и зайти в саму школу, где мне, в случае победы, предстоит трудиться. Всё увиденное вполне порадовало. Разве что директор общеобразовательного учреждения так и не смогла со мной встретиться – экскурсию провела её заместитель. В тот же день мы с другом отправились в Тверь, где специалисты института усовершенствования учителей (это региональный оператор) приняли у меня необходимые документы.
Время после этого предсказуемо замедлило свой ход, не на шутку томя и мучая. По прошествии месяца я, к великому сожалению, узнал: необходимо оказаться победителем не только среди тех, кто в заявках указал конкретную кимрскую школу, а среди всех предметников, претендующих на работу в Тверской области. Иными словами, регион выделил лишь 15 квот, а значит – те же Кимры в принципе могут не получить ни одного земского учителя. Тут уж как сложится общий рейтинг претендентов. Рейтинг, повторюсь, всех без исключения: физруков, математиков, химиков, географов, лингвистов и т. д. Сия информация привела к мысли, что рассчитывать на победу не стоит. Разве можно оказаться в числе 15 лучших во всей области, не имея опыта работы в школе?
Земский учитель: победитель не получает ничего…Можно! 28 мая мне пришло официальное уведомление от регионального Министерства образования, гласившее, что я попал в число победителей. Фантастика! Первый раз участвовал, подал всего одну заявку и… победа! На всякий случай позвонил в Тверь и уточнил, правильно ли понял суть письма. Меня поздравили и подтвердили, что можно готовиться к новой жизни. Только вот договор со школой предстояло подписать в течение десяти дней.
Когда директор взяла трубку и услышала, что звонит победитель федеральной программы «Земский учитель», который двумя месяцами ранее приезжал на знакомство с городом и образовательным учреждением, дескать, когда мне лучше прибыть для оформления нужных бумаг, в ответ раздалось совершенно безучастное: «Я даже не знаю, что с вами делать. Понимаете, женщина, которая уверяла меня, будто бы дорабатывает последний год и уходит, вдруг передумала. Я же не могу её выгнать. Поэтому непонятно, как вам нагрузку по часам обеспечить. А у вас какой стаж работы? Что? Никогда не работали в школе? Ой, это совсем печально, конечно».
Слушая напрочь обезнадёживающую речь директора, без единой нотки заинтересованности, я почувствовал себя обманутым. Как вообще эта школа попала в банк вакансий «Земского учителя», если там полна коробочка? Облапошили областное министерство, чтобы втиснуться и претендовать на миллион для резервиста – на всякий случай, так сказать? Сплошные догадки и непонятки! Хотя мне-то какого рожна догадываться и вникать? Я рассчитывал на то, что меня ждут, готовы сделать частью школьной семьи и, если по-хорошему, помочь на раннем этапе. Всё-таки переезд в новый регион, поиски жилья, столкновение с прежде незнакомыми ФГОСами, элжурами, поурочными планами и т. д. – это дичайший стресс. Однако в трубке я не услышал ни намёка на поддержку или позитив. Попахивало лишь разбродом и шатаниями. Позднее мне даже заявят: «Вы хотели, чтоб вам в ножки упали?» Но об этом – позже.
Директор сказала, что ей нужно подумать до 31 мая. Целых три дня! Только вот какой смысл в этих думах? Меня явно не ждали. Мне не были рады нисколечко. Я как прыщ, внезапно появившийся на лбу, и что со мной делать – неведомо. Директор даже не задумалась о том, как такой вот неопытный и вообще никчёмный персонаж (писателишка, журналистишка, актёришка и далее по списку) вдруг оказался в числе 15 педагогов-победителей на весь регион (за красивые глаза, наверное). Кроме того, оставались считанные дни на подписание договора. И можно было опоздать с банальным выполнением необходимых процедур.
Будучи уверенным в том, что директор во мне не нуждается (а если и передумает, то какая радость быть там просто для кучи?), я позвонил в Тверь и спросил у девушки-куратора, можно ли выбрать другую кимрскую школу, разумеется, из числа тех, что значились в банке вакансий проекта. Ответ был убедительнейшим: «Сто процентов можно. Такая практика уже имеется. Поэтому выбирайте, пока не поздно, созванивайтесь с другими школами и сообщайте, на чём остановились, чтоб переделать все постановления и прочие бланки».
Ещё в двух общеобразовательных учреждениях я услышал почти то же самое, что и 28 мая: обеспечить мне нагрузку будет затруднительно, а отсутствие опыта работы в школе дополнительно всё осложняет (только вот зачем тогда в заявках указывать, что опыт работы не требуется?). Правда, в голосах уже слышалась участливость, а не равнодушие. Наконец, директор школы на самой окраине Кимр сразу заявила: «Мы вас с радостью возьмём! Приезжайте к нам! Не работали в школе? Ну и что! Все когда-то с чего-то начинали. Мы вам поможем, всё подскажем. У нас дружный коллектив. И часов дадим вам сколько нужно, и кружки будете вести, какие сможете, и театр школьный вам поручим, если захотите».
С первых же минут я понял, что директор – добродушный флегматик. Для меня это идеальный вариант. Сработались бы на раз-два! Хочется не левым пассажиром быть, который съездил в Кимры всё равно что в магазин за хлебом сходил, и не пасынком, надоедливо снующим под ногами, а стать частью большой семьи и прижиться на новом месте. После двух телефонных разговоров со столь чудесной женщиной у меня уже не оставалось сомнений: либо эта школа, либо вообще никакая.
О своём решении я сообщил девушке-куратору из Министерства образования Тверской области. Мне пообещали в кратчайшие сроки прислать все переоформленные бланки и дали добро договариваться с выбранной школой о времени приезда в Кимры для подписания договора. Когда всё было решено и даже билеты на поезд приобретены, позвонила директор-антагонист. Благожелательности в её голосе не прибавилось. Словно на неё в Минобре надавали и заставили-таки принять меня. Содержание речи тоже не особо вдохновляло, несмотря на вроде бы положительное решение. Мне словно одолжение делали, мол, ладно, приезжайте, попробуем что-нибудь решить. Ладно? Попробуем? Простите, но я не в гости к соседу на чай собирался, а в другой регион на ПМЖ, ещё и с обязательством отработать там минимум пять лет!
Иными словами, всплыло дополнительное подтверждение того, что я 28 мая не ошибся в своём решении не соглашаться на работу в той школе. Поэтому ответил: «Извините, но я привык работать только там, где во мне заинтересованы. А навязываться, мол, возьмите меня, пожалуйста, – это пустое дело, которое ничем хорошим не закончится. Нехватки учителей у вас нет, человек без опыта работы вас не устраивает, помочь мне на первых порах вы не хотите. Поэтому я уже договорился с другой школой. Там меня ждут. По-настоящему. В итоге все получат то, что хотели».
Преувеличивать и врать не буду: директор не стала кричать или материться. Но! Никакого сожаления о принятом мною решении не испытывала. Скажи она изначально, ещё тогда, 28 мая: «Отлично! Приезжайте! Мы вас ждём!» – и не было бы всей этой запутанной истории. Или ответь она теперь: «Как жаль, что вы всё-таки поторопились и не дождались. Обидно, конечно. Удачи вам», – и я мог бы заподозрить себя в поспешности или даже глупости. Вместо этого «узнал», что мне, оказывается, лишь бы миллион получить (разумеется, ведь именно для этого и подавал всего ОДНУ заявку и для этого же приезжал знакомиться с городом и школой), что я ненадёжный (говорит директор учреждения, участвующего в программе по поиску педагогических кадров, не зная, что делать с претендентами в случае их победы) и что я ещё пожалею. Сразу уточнил, не угроза ли это. В ответ впервые услышал смешок.
Затем директор сообщила мне, что она любит себя и уважает, – ценнейшая для меня информация, только вот не свидетельствующая о том, что в школе уважали бы учителя-новичка, свалившегося как снег на голову. После такой беседы работать вместе было бы уже войне подобно. Однако директор зачем-то упомянула Министерство образования, мол, будет туда жаловаться на то, что победитель за спиной у начальства школы смеет подыскивать другие места для работы. То бишь я ещё не подписал никакие бумажки, не получил ни копейки и даже не услышал, что во мне реально нуждаются, а уже стал рабом на галерах. После такого пришлось просить, чтобы меня оставили в покое. Дескать, вы не были мне рады, вам нужны люди с опытом, ещё и максимально покорные и молчаливые, так чего ж вы тогда пытаетесь меня удержать теперь? Самим не надо, но и другим не отдадим? «Так не доставайся ж ты никому?»
После того разговора я за сутки похудел на четыре килограмма. А буквально в депрессию впал, когда в Минобре мне позднее сообщили, будто бы выбрать другую школу… всё-таки нельзя. Внезапненько так! Дескать, юрист что-то там уточнил. Да и просто технически, документально якобы нет возможности для замены. Поэтому либо подписывайтесь с изначально выбранным учреждением, либо уже ни с кем.
Интересно, директор и впрямь нажаловалась? Или девушка-куратор ошиблась, когда уверяла, что существует практика замены одной школы на другую? Даже если второе, то могу лишь поблагодарить за такую оплошность. Ведь без этого я бы не убедился в том, что спокойно работать мне бы уже не дали, постоянно припоминая вышеописанную историю и попрекая миллионом (вы его, кстати, поделите на пять лет, которые предстояло бы впахивать по контракту, – копейки копейками; лично мне он нужен был сугубо для покупки жилья, на которое имеющихся средств не хватило бы).
Стать там учителем, способным закрыть брешь в штатном расписании и влюбить детей в русский язык и литературу, я уже точно не мог. А подписываться на роль игрушки, над которой – отмщения ради – просто измывались бы?.. Нет, нет и нет! Согласие было бы теперь сродни самоубийству. Мне бы точно не дали доработать весь срок («Вы ещё пожалеете!»). А это означало бы не только уйму потраченных нервов, но и очередной переезд вкупе с необходимостью вернуть миллион в тверской бюджет. Причём вернуть в течение месяца после увольнения.
Вместе с тем история показала: Тверской области неважно, кто именно получит этот пресловутый миллион. Сегодня ты вроде как победитель и призван помочь Кимрам, однако изначально выбранное тобой учреждение не нуждается в твоей помощи, несмотря на решение Минобра. В то же время на другом берегу города есть школа, которой реально необходим именно этот педагог, и он, в свою очередь, готов посвятить всего себя ей. Но – нельзя! Почему? Патамушта! Бездушная и слепая бюрократическая машина в действии.
Остаётся добавить, что, впервые позвонив в Тверь, я узнал: в регионе из 15 победителей программы «Земский учитель» всего один поедет работать в Кимры, тогда как из 14 оставшихся большинство выбрали Конаково. В итоге же следует констатировать полный кимрец! Бывшая сапожная столица России не получит вообще никого. Как и незадачливый победитель – ничего.
Да, фактически отказался сам. Но ведь я всего-навсего хотел работать с детьми и услышать от будущего руководителя: «Приезжайте! Мы вас ждём!» Разве это слишком много? Тем не менее даже оное было в принципе невозможно. Просто потому, что я проиграл уже тогда, когда выбрал ту самую школу, невесть как оказавшуюся в банке вакансий. И если её директор, так ничего не осознав и не признав, попыталась надеть на лишнего персонажа колпак придворного шута (ради чего?), то девушка-куратор из Минобра хотя бы извинилась передо мной за то, что ввела в заблуждение.
Да не за что, уважаемая! Напротив, поклон вам до земли! И за умение извиняться, и за то, что своей оплошностью уберегли меня от неверного шага и от начальника, коему я априори был не нужен – ни в количественном смысле, ни в качественном. Равно как не нужен (причём этот вывод более неожиданный) и региональному министерству. Ведь меня, спесивца, с чистой совестью вычеркнули из списка победителей (попросили быстрее прислать на почту подтверждение, дескать, подписывать договор с ранее выбранным образовательным учреждением отказываюсь) и тем самым оставили другую кимрскую школу без – замечу особо! – первого и единственного мужчины-педагога. Какая-то профанация помощи учителям, школам и образовательному процессу в целом. Получается: или молча бери что дают и повинуйся, или же свободен – сам ищи тех, кто реально в тебе заинтересован, но миллионов не имеет.
Пожалуй, это всё, что лично мне оставалось узнать о нынешнем положении дел в отрасли. Особенно после двойного кидалова в 2021 и 2022 годах от одного из киришских начальничков, который зря сосватал меня в свой город и впоследствии столь же напрасно вынудил пройти профессиональную переподготовку, на самом деле не собираясь трудоустраивать понаехавшего. Даже не знаю, смогу ли я после череды столь миленьких подарков судьбы, раздавленный и во многом разуверившийся, ещё когда-нибудь хотя бы просто задуматься о возвращении к педагогической деятельности, куда в скором времени никого и никакими миллионами уже не заманишь… Тлен! Абсолютный и необъяснимый! Короче, «кина не будет»! Расходимся.

Степан РАТНИКОВ.

Кто виноват в случившемся?
Равнодушный директор школы
36.36%
Оплошавший куратор победителя
0%
Сам победитель, желающий быть нужным
4.55%
Учитель гимназии, обещавший уволиться, но передумавший
0%
Ответственный за программу «Земский учитель» в стране
18.18%
Весь Минобр Тверской области целиком
36.36%
Сатана (его происки, не иначе!)
4.55%

Оцените статью
Комментировать
  1. SelvesKey

    мдяя,бро! Сочувствую, что так вышло.

    1. SelvesKey

      В.В. Путину на сайт ссылочку скинь — пускай почитают:)))