Небольшая по объёму, но масштабная по содержанию повесть «Позывной «Стрелец» принесла ульяновскому прозаику Илье Таранову второе место в Международном литературном конкурсе имени Алексея Плещеева. Член Союза писателей России, взяв за основу быт и окружение опытного военнослужащего Егора Жарова, погрузил читателя в напряжённую обстановку, царившую на Донбассе незадолго до объявления спецоперации, и в череду последовавших за этим кровопролитных событий.
Произведение посвящено подвигу героев из Ульяновской 31-ой отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады, которым пришлось не на жизнь, а на смерть биться под Гостомелем. Причём биться не потому, что так «партия сказала». Защита своих близких – она в первую очередь вынуждала профессионалов военного дела противостоять врагу. И хотя вряд ли кто из русских сыновей, мужей, отцов горел дичайшим желанием «по привычке» возвращаться на поле боя, мыслишек об «откосах», даже несмотря на усталость, не возникало: «Нормальный страх, разгоняющий по телу адреналин, но не малодушие».
Илья Таранов простыми предложениями пользуется редко. Зато диалоги – под стать атмосфере повести – максимально краткие, сухие, кое-где и вовсе обрывистые, как осколки снарядов. И это объяснимо: умонастроение персонажей и микроклимат не соответствуют тому, чтобы зря сотрясать воздух лишними словами.
Автору блестяще удалось описать различные состояния. Вот, например, аффект: «Сказать, что Бурят испугался, пришёл в ужас – ни о чём. Он ощутил страшный вакуум внутри себя, и мозг перестал думать как обычно, а включил дремавшие реакции человеческих сверхспособностей». Или предчувствие смерти: «Мыслей никаких не было, его бил озноб, сердце сильно стучало, он сжался в комок и замер, превращаясь в какой-то бессмысленный кокон, растворился в тёмном киселе небытия и отключился, погрузившись в тяжёлый сон».
Просто о сложном. Так в целом можно охарактеризовать повесть «Позывной «Стрелец». Даже в некоем роде далёкому читателю становится буквально до мелочей понятно едва ли не всё: кто, как, зачем. Под большим вопросом лишь одно: насколько долго?
Степан РАТНИКОВ.
