Кто не любит Питер, тот не был в Питере. А кто бывал, но не сумел полюбить, тому поможет местный поэт Евгений Дьяконов. Возможно, его авторских стихов, публично им же прочитанных в петербургском антураже, будет вполне достаточно. Зато вряд ли кому удастся устоять перед экскурсиями, которые Евгений проводит более десяти лет, позволяя жителям и гостям Северной столицы увидеть город в ином свете – манящем, загадочном, богемном. Накануне 2026-го мы с коллегой по литературной деятельности немного пообщались, затронув наиболее важные для него темы.
– Евгений, своим главным творческим успехом в уходящем году ты наверняка сочтёшь получение литературной премии «Лицей» в номинации «Выбор книжных блогеров». Тебе самому доводилось читать их отзывы? Что в твоих стихах критики чаще всего отмечают с положительной точки зрения, а что – с отрицательной?
– Если на самом деле, то творческими успехами мне хочется считать собственные удачные стихотворения. Но, конечно же, победа в номинации «Выбор книжных блогеров» меня порадовала и даже воодушевила. Вячеслав Глазырин довольно хорошо написал о моей подборке. Он отметил, как мне помнится, лёгкость и точность. Было замечание, касающееся моего героя-маргинала и выбора тем для стихотворений, но оно меня не задело, потому что я, как мне кажется, хорошо знаю, что и для чего необходимо в моих стихах.
– С момента выхода твоего сборника «Высмотришь» прошло уже более двух лет. Сегодня эта книга как-то напоминает автору о себе?
– Я очень надеюсь, что она всё-таки живёт, потому что иногда получаю радостные и благодарственные отзывы от своих читателей. В книге «Высмотришь» собраны стихи за девять лет. Там много экспериментов: разная поэтика, разные интонации, темы, сюжеты, образы.
– Что предстоит «высматривать» читателям в твоей следующей книге? О чём она вообще будет?
– Как мне видится, любая художественная книга – о жизни и мироощущении, миропонимании того, кто её создал. Пока не знаю, о чём будет мой следующий сборник. Но предполагаю, что в его основе будут те духовные открытия, которые мне предстоит постигнуть. Что же касается формы стихотворений, то там будут, скорее всего, и верлибры, и традиционные стихи.
– Сам я, признаюсь, не любитель поэзии. Но в 2022 году на Всероссийском совещании молодых литераторов в Химках тебе удалось привлечь моё внимание (а это крайне сложно, уж поверь!) необычной манерой декламации. Я потом ради спортивного интереса твои же стихи в Интернете почитал – совершенно другое восприятие. Особенно с учётом моих «вкусовых» пристрастий, к коим никак не относятся рифмованные произведения подавляющего большинства современных авторов. Зато я осознал: читателю надо ещё и слышать поэзию, а автору – уметь правильно её подать.
– Спасибо! Приятно такое слышать. На самом деле я читаю стихи максимально естественно для себя, не задумываясь о выразительности и театральности. Возможно, моя внешность, манера подачи, голос, интонации совпадают с образом моего лирического героя и с теми ситуациями, которые с ним случаются. Именно эту догадку-наблюдение я высказал в одном интервью после победы во Всероссийском слэме.
– Не думал о личной аудиокниге? Может, даже не собственным голосом начитанной.
– Честно говоря, никогда об этом не задумывался. Но ничего плохого в том, чтобы обзавестись личной аудиокнигой, не вижу. Готов попробовать, если будет такая возможность.
– Что скажешь авторам, которые в XXI веке продолжают пичкать читателя глагольной рифмой и нетленными «шедеврами» вроде «слёзы/берёзы», «кровь/любовь»?
– Это сложный и весьма правильный вопрос! Я уверен, что рифма – инструмент, который должен правильно дополнять и раскрывать интонацию и смысл стихотворения. Можно вспомнить огромное количество прекрасных произведений с той же глагольной рифмой. В хорошем стихотворении она не просто исчезает, но дополняет собой основную идею, главный дух написанного. Первое, что пришло на ум в качестве примера, – «Комар» Олега Чупрова и «Одуванчики» Вечеслава Казакевича.
– Ты не только поэт, но ещё и экскурсовод. Причём второе, в отличие от первого, приносит гораздо больше денежных средств. Когда, где и при каких обстоятельствах ты провёл свою первую экскурсию? Почему до сих пор остаёшься в теме?
– В этом плане мне повезло – я зарабатываю своим любимым делом. Первую экскурсию провёл в 2012 году, и это было ужасно – потом как-нибудь расскажу. Работа экскурсоводом прекрасно сочетается со всеми другими областями и направлениями моей жизни. А начинал я с детских экскурсий. Причём и сегодня подобные прогулки и поездки занимают примерно 65 процентов моего рабочего времени, чему я очень рад.
– Есть ли у тебя тематические маршруты, связанные исключительно с литературой? Например, «По следам Родиона Раскольникова» или «Пушкинские места в Санкт-Петербурге».
– Да, конечно! Я вожу то, что ты перечислил, и ещё около десятка литературных экскурсий по Петербургу и пригородам. К следующему сезону готовлю экскурсию, посвящённую одному из самых ярких представителей поэтического андеграунда нашего города.
– Насколько сильно изменилась твоя творческая жизнь после свадьбы?
– Изменилась только в лучшую сторону. Это радостное событие подарило и продолжает дарить мне то, что мы называем вдохновением.
– Обычно интервью с коллегами заканчиваю вопросом о трёх наиболее запомнившихся произведениях из всего недавно прочитанного. Теперь же спрошу о трёх поэтах, которых ты для себя открыл за минувшие лет пять. Кто они и чем привлекли? Только не путать с любимыми авторами вообще.
– Назову четырёх, и все они московские: Михаил Кукин, Игорь Фёдоров, Константин Гадаев и Юрий Смирнов. Стихи этих поэтов, как и вообще хорошие стихи хороших поэтов, мне нравятся своей лёгкостью, точностью и неповторимой авторской оптикой.
Степан РАТНИКОВ.
